История настоящей любви

Иногда мне кажется, что мир прекрасен. И что люди в нём тоже прекрасны, хоть иногда и совершают непоправимые глупости. Нужно просто меньше обращать на всё внимания, принимать людей такими, какие они есть, и старательно хранить мир в душе.

Однако существует человек, который постоянно разубеждает меня в этой простой и понятной истине. Моя мама.

Умом я давно поняла уже, что мы с ней не сможем иметь таких отношений, о которых я с унынием читаю в художественной литературе и случайных интернет-статьях.  Где есть какая-то хоть крохотулечная нежность между мамой и дочкой. Где есть поддержка, хотя бы моральная. Где хоть изредка нет поддёвок и морального давления.

Я давно уже свела наши отношения на тот минимум, когда у неё нет возможности мониторить жизнь моей семьи (если только я сама ей по глупости что-нибудь не расскажу). Уже давно научилась не реагировать на её подковырки и безосновательные упрёки улыбчивым молчанием. Перестала долго обижаться и игнорить её звонки. Словом, переросла ту детскую обиду, которой обычно страдают почти все подростки, когда не могут найти компромисса с родителями.

Однако почему мне всё еще так больно? Почему так гадко на душе от общения с нею? Может быть, от того, что я знаю о её постоянных оценках меня… Об оценках моей внешности, моего дома, моего быта. Я знаю, что она постоянно сравнивает в себе (даже если не произносит вслух) мою жизнь с тем образом правильности, который она себе создала. Иногда она не говорит. Но её выдают глаза. Или голос. Даже если мама говорит на отвлеченные темы, я уже чувствую: она хочет упрекнуть меня в чем-то. Чем-то я опять ей не нравлюсь. Как-то живу опять не по её правилам...

От этого я внутренне сжимаюсь в комок.

Я никому не могу рассказать об этом. Жаловаться на маму — это как-то… низко что ли...

Муж знает о ситуации, но что толку толочь воду в ступе — мы сто раз говорили на эту тему, он ничем не поможет моей дурной голове.

И я молчу. Но чувство, что меня вываляли в грязи или как-то извращенно изуродовали не проходит даже после часа стояния под горячим душем. Наверное, надо идти спать, потому что назавтра всё обязательно будет по-другому. Всегда так бывает.

Поймала себя на том, что с удовольствием задёргиваю шторы, когда наступает вечер. Словно эти шторы отгораживают мой мир от внешнего, такого надоедливого и враждебного в последнее время.

Так не хочется сталкиваться и касаться всего этого дурдома, в котором сегодня живет моя страна (и не только она)! Но человек — животное общественное, поэтому надо выходить и с кем-то и с чем-то соприкасаться.

Вот и завтра иду в контору, где работала раньше, взять некоторые справки. И я уже заранне знаю, что их придётся добывать с боем. Сегодня многое приходится так добывать. Причем, по словом «бой» подразумевается пустая трепатня, в избытке предшествующая любому делу, завершение которого зависит  от кого-то еще, кроме меня. Так же, бюрократия, без которой не может сегодня существовать ни одно в мире предприятие и организация.  Даже встреча с едва знакомы человеком (случайно, на улице) не может произойти без боя: он непременно спросит как я и что я. Да, это сегодня интересует всех, кто меня знает даже поверхностно.

Как жаль, что жизнь нельзя перенести на ночь. А днем просто спать, пережидая, когда весь остальной мир успокоится и разбежится по домам.

Вот такие приземлённые и ворчливые мысли под бокал Sangría.

Хождение по магазинам в поисках самого необходимого напрочь выбивает из колеи и портит настроение на весь день. Это реально миф: то, что женщины тащатся от шопинга. Лично я ненавижу его до самой глубины души.

А искать действительно приходится. Городок маленький, магазины старые (как и их хозяева), в связи с пандемией (да будет трижды проклята!!!)  не производится никаких закупок. Товар старый, либо его нет вообще.

Короче, пришла домой вымотаная донельзя.

Где-то месяц назад меня позвали в место, где я работала два года назад. Напомню: сегодня я сижу дома, не работаю. Позвали не на прежнюю должность, а на порядок выше. Чтобы занять её, нужно пройти бухгалтерские курсы, которые ожидают меня в сентябре. Работа не пыльная. Всех людей в этом месте я знаю. ЗП не большая, но и не копейки для нашего городка, на жизнь без особых претензий хватит. Место официальное, с трудоустройством и отчислениями, как положено. К тому же существует гарантия, что меня не двинут с этого места. То есть вообще. Никогда. Таким образом, вся моя жизнь получилась расписаной по годам. Да здравствует стабильность!

 И я согласилась. А чтобы скоротать время до сентября, села на место служащей этой конторы, которая уехала на месяц по своим делам. Села и призадумалась. Обо всём так крепенько призадумалась...

Очень меня стало напрягать это расписание на всю жизнь. Должность, которая не даст ступить ни шагу в сторону, которая всегда будет меня держать и висеть надо мной домокловым мечом. Я даже уволиться оттуда не смогу, потому что руководитель всех так держит с условием: увольняешься? ищи себе замену и потом иди! Но дело даже не в этом. Пусть себе бредит… дело в другом.

В свободе выбора. У меня такое чувство, что у меня навсегда отбирают свободу. Хотя ничего необычного, вроде, не происходит: мне предложили работу, я согласилась. Ну и пусть я ни бельмеса не понимаю в бухгалтерии (и, откровенно говоря, не имею ни малейшего желания вникать в эту сферу; ну неинтресно мне!) — меня обещали всему научить и не бросить, пока не буду там себя чувствать, как рыба в воде. Всё равно, что-то не то...

Может быть, это чувство возникло от как раз предопределения… А ведь я себя бухгалтером как не видела, так и не вижу. Поэтому мне так стрёмно закапывать себя в этой стезе. Ведь придется вникать, отбросив или, по мейшей мере, оттеснив все остальное в сторону. А я не хочу. Устраиваюсь на эту работу и словно приношу в жертву стабильности свои увлечения и жажду жизни.

Не хочу оседать. Не хочу останавливаться. Не хочу заниматься тем, от чего тошнит.

В последнее время совсем не хочется выходить из дома. Нет, хочется, но только для того, чтобы уйти туда, где нет людей. Где не надо соблюдать эти нелепые, бессмысленные правила, которые мир навязывает нам последние несколько месяцев. Навязывает, словно смеясь: вам ничего не угрожает, но так занятно смотреть на вас, испуганых придурков в шутовских колпаках (читай — в медицинских масках). Так занятно наблюдать, как вы жадно читаете или смотрите новости, а потом мусолите между собой тему о том, что скоро мы все умрём, и как бы получше защититься от беды. Вы так смачно поливаете друг друга грязью и слизью, будто вам каждому за это миллион дадут...

Мир издевается, и я поступаю так, как поступаю всегда, когда надо мной издеваются — бегу подальше от того, что не могу изменить. Чтобы меня не было видно, и чтобы самой ничего не видеть.

Обычно это лес или озеро. У нас тут полно природы — десять метров от дома. Только там у меня получается всю суету мира утопить в прохладной тишине мироздания. То место, которого еще не коснулась мирская суета. Суета бессмысленная, поглощающая и разрущающая...

На самом деле этот пост злой усталости. Так всё надоело… будто до ковида у нас было мало всяких проблем. Так давайте добавим фарса! Безосновательно запретим близким людям видеться. Наденем на них дебильные маски. Позакрываем нафиг половину предприятий, чтобы им было, что пообсуждать и на что пожаловаться.

Вообще превратим остатки хоть чего-то вразумительного в театр абсурда. А тех, кто призывает не верить в эту чушь и пытается посредством сети Интернет открыть людям глаза, обьявим фейком и спамом и заставим заткнуться. Поменяем местами понятия зло и добро. Чтобы людям стало еще хуже… И чтобы те, кто еще хранил какой-то мир в душе/семье/мире потерял и это самое свое дорогое сокровище.

Я не могу горорить об этом ни с кем. Я окружена зараженными вирусом PANIK-20, и я устала бороться. Ведь, как известно, невозможно вылечить человека, который считает, что он не болен.

P.S. И да, если кто-то поймет — это был сигнал SoS. Мне будет приятно осознавать, что я не одна.

Не могу заниматься одним и тем же постоянно. Так и умереть можно(С). От скуки. Поэтому разбавляю.

Проглотила, например, недавно серьёзнейшую такую трилогию научной (так значилось в аннотации) фантастики. Следом скачала еще штук семь книжек, но ни одну из них читать не смогла. То ли притупилось жажда перемещения в иную реальность, то ли прочитанное накануне было слишком тяжелым...

Но решила я переключаться. Сегодня вот с утра воткнулась в телевизор, чего со мной не случалось уже очень давно. Посмотрела старинный фильм, половина актеров которого уже благополучно отошли ко Господу. А потом наткнулась на такой потрясающий фантастический сериал, что оттащить от него меня смогло лишь чувство долга перед ближними: кормить-то их надо. Благо, на кухне тоже есть телевизор. И сегодня суббота — не нужно делать с детьми уроки.

Надоест телевизор — в моём загашнике еще миллион увлечений.  Однако, существует всё-таки одно правило, которое необходимо соблюдать даже такой непостоянной девушке, как я: любое дело всенепременно нужно доводить до конца.

Такие дела)

Я очень люблю кофе, но пить его не могу — сразу взлетает АД. А ведь как было бы прекрасно скрасить эти ежедневные бессмысленные просиживания дома чашечкой молотого с корицей и ванилью… Мммм, аж слюнки потекли. Поэтому скрашиваю чем-то другим.

Если убрать их кадра моих вечно мамкающих школьниц, то получается очень даже недурно: на работу я не хожу, встаю во столько, во сколько велят мне мои биологические часы (иногда посреди ночи), читаю книжки, занимаюсь вязанием игрушек и не только (впрочем, всё реже и реже в последнее время), спрягаю испанские глаголы и под настроение готовлю сладости.

Бездельница, скажет кто-то. И правильно скажет, потому что так оно и есть.

Вот уже более месяца, как я уволилась с последнего места работы. Зам директора магазина по должности, специалист широкого профиля по должностной инструкции и раб последнего раба по факту — я чисто физически не смогла больше находиться на этой высокопочитаемой  и низкооплачиваемой должности и через полтора года ушла, не получив от этой работы ничего: ни морального удовлетворения, ни хоть какого-то достатка, ни маленькой котомки знаний в области менеджмента как такового. НО за это время настолько привыкла ежедневно вкалывать, постоянно выворачиваясь наизнанку и прыгая выше своей головы… Настолько привыкла выматываться так, что выходных не видела — отлёживалась, болела физически… Настолько привыкла постоянно находиться в напряжении моральном и телесном, что чуть не подсела на высокоградусные, чтобы хоть как-то засыпать и высыпаться за ночь. Но не жалею. Время, потраченное на эту службу не жалею. Только после всей этой бешеной активности приходится теперь сидеть дома безвылазно. До сих пор ломает от бездействия… Растекаться мыслью по древу не хочу. В других постах. В другие дни. В минуты, когда дети отлепятся от компа и утыркаются спать, например)...

… Мы с моей белой кошкой смотрим в окно. Зазеленела травка в соседнем дворе. А вы знали, что в соседском дворе трава всегда зеленее?.. И когда она успела зазеленеть: у нас же всё время дожди...

Кошке везёт по жизни чуть больше, чем мне. Она уже два года не выходит на улицу. То есть, с того момента, как мы ее взяли с этой самой улицы… А мне придется еще долго сидеть вот так же у окна. Пока не кончится весь этот дурдом. Ведь он же однажды закончится, правда?